Публикации

Идеальный ад

Идеальный ад

Имя этого человека почти неизвестно большинству граждан нашей страны, рожденным после Великой Отечественной войны. Они не застали времени, в котором жил и действовал наш герой, сумевший поставить на крепкую коммерческую основу, казалось бы, самую неподходящую для этого государственную структуру - исправительные учреждения печально знаменитого ГУЛАГа.

"Архитектором смерти", создателем системы лагерей, был Нафталий Аронович Френкель. Его называли отцом ГУЛАГа, хотя не он изобрел этот страшный механизм, он только его использовал.

1. Молодые годы "архитектора"

Нафталий Френкель родился, по одним данным, в Стамбуле, по другим - в Москве, в семье еврейского купца в 1883 году. Его дедом по материнской линии был православный священник, приписанный к русской миссии в турецком городе Стамбуле, который православные продолжали упорно называть Константинополем. Предки по отцовской линии были иудеями, и сам юный Нафталий должен был принять веру отца. Отец успешно торговал, занимая достойное положение в торговой среде Стамбула. Папа рассчитывал, что Нафталий приумножит капитал и станет отличным торговцем.

С детства у него была склонность к торговле, но не меньшая склонность была и к реальным наукам. Юношей Нафталий пробовал работать в строительных фирмочках на юге России - в Херсоне и Николаеве, городках сугубо провинциальных, но в то же время достаточно терпимых к инородцам. Там он даже подумывал о создании собственного торгового бизнеса, но позже сделал выбор и отправился изучать в немецкий городок Кетен вовсе не коммерцию, а строительное дело. Молодой человек справедливо рассудил, что коммерческая жилка либо есть, либо нет, а основам строительного дела можно только научить. Строителями не рождаются. Правда, способностей для обучения в высших учебных заведениях у молодого Нафталия не хватило. Пределом его тяги к знаниям стало поступление в строительный техникум.

В 1904 году он обучение завершил. И вернулся в хорошо знакомые городки Херсон и Николаев. Время было неспокойное, началась Русско-японская война, потом - первая русская революция, а на пороге уже стояла Первая мировая война. Маленький, страшненький, большеухий Нафталий Френкель боялся мировых катаклизмов. Ему фатально не везло в личной жизни. Честно говоря, с такой отталкивающей внешностью личную жизнь вести сложно, и все свое время он отдавал работе.

Строительное дело, как неожиданно понял Нафталий, вещь интересная, но не слишком доходная. И он получил новое образование - на этот раз коммерческое. Открылся и замечательный источник дохода - русский лес. Френкель обосновался в захудалом городишке Мариуполе, который был хорош тем, что стоял на море, и оттуда можно было отправлять пароходы с древесным грузом в соседнюю Турцию.

Торговля пошла хорошо. А для улучшения дела Френкель создал собственную газету "Копейка". Эта замечательная мариупольская газетенка занималась, по сути, черным пиаром, в ней Нафталий открывал глаза местной публике на темные дела своих конкурентов. Процесс был поставлен грамотно, дела коммерсанта резко пошли в гору. Он втайне гордился прозвищем, которое дали ему мариупольцы - "лесной король Черного моря". Но вскоре в воздухе запахло революцией. Как мудрый и быстро принимающий решения человек, Френкель моментально вывел капиталы из России. Он разместил их в Турции. Шел 1916 год. Турция была идеальным местом для капиталовложений в военно-промышленный комплекс. В то время, когда русские торговцы разорялись, Френкель отлично зарабатывал на войне. Он благополучно избежал разорения и экспроприации, не знал ни красного, ни белого террора. Когда после Гражданской войны в Стамбуле стали появляться беженцы из России, он вдруг вспомнил, что такая страна существует, хоть и под другим именем. Это его нисколько не насторожило: фирмы рождаются, умирают, меняют название и владельцев, но дух коммерции вечен. И, к удивлению многих турецких сотоварищей, он перебрался в советскую Одессу: у Френкеля созрел прекрасный план.

2. Одесское мошенничество

Послевоенная Одесса была идеальным местом для спекуляции. Френкель знал, что молодому советскому государству необходимо золото, и решил создать в Одессе что-то вроде черного рынка золота и валюты.

Золотой лом и опасные для жизни золотые изделия по цене лома коммерсант скупал у населения, а платил за него бумажными советскими рублями. Прибыли делили одесские чекисты, представляющие государство, и сам основатель бизнеса. Сперва доля чекистов была куда как больше доли коммерсанта, затем все переменилось. Доля государства стала стремительно уменьшаться. В Москве недоумевали - то ли золотые запасы иссякли, то ли Френкель ворует. Разобраться с происходящим отправили потомка графов де Рибасов, чекиста и коммуниста Дерибаса. Потомок графов разобрался быстро: Нафталия Ароновича Френкеля и всю чекистскую верхушку Одессы арестовали. Чекистов расстреляли в 1924 году, а беспартийный Френкель отделался десятью годами в СЛОНе - первом советском концентрационном лагере, который более известен как Соловки.

3. Великий модернизатор

Френкель знал, что его единственное спасение - сблизиться с лагерным начальством и предложить им план модернизации лагеря, чтобы из дотационного груза на шее экономики превратить его в отлаженное производство, приносящее доход.

Начальство оценило светлые мысли Френкеля: в лагере ввели пайки, размер которых зависел от нормы выработки. Кроме этого, Нафталий создал бригады, состоящие из молодых сильных мужчин и немощных инвалидов, чтобы для спасения немощных сильным приходилось вкалывать за двоих (под угрозой лишения всей бригады нормативного пайка). А еще в лагере появилось плановое хозяйство, специалисты стали использоваться по назначению, а если их не хватало, тут же находилась статья для плановой посадки.

Через год Френкеля отправили в Кемский лагерь. Там он организовал производство модельной обуви, которая пользовалась в столице огромным спросом. А в 1929 году о Френкеле доложили самому Сталину. Прямо из лагеря Нафталия доставили в Москву!

Он представил "отцу народов" план использования труда заключенных и так все здорово обосновал, что Сталин тут же выпустил его на свободу и назначил начальником работ Беломорско-Балтийского канала.

При строительстве этого объекта, сопоставимого по размаху разве что с возведением египетских пирамид, погибло огромное число заключенных - более 250 тысяч человек. Но канал между тем был построен с опережением графика и именовался в прессе трудовым подвигом советского народа.

Однако в 1937 году началась чистка рядов партии и поиск врагов народа. Френкеля снова арестовали, но его спасла незаменимость в лагерном деле. Френкель организовал в лагерях по всей стране строительные подразделения - ГУЛЖДС, ведущие железнодорожные работы. Так были построены железные дороги на юге страны, на Волге, в Сибири и на Дальнем Востоке. За выдающиеся заслуги ему не только вернули свободу, но и дали звание генерал-лейтенанта, Героя Социалистического Труда и наградили пятью орденами Ленина. А в конце жизни его назначили заместителем всесильного Лазаря Кагановича.

Френкель, как перекати-поле, не имел постоянного места жительства. С той поры, как его скрутили в нэпманской Одессе, он жил то в лагерях, то в поездах, курсируя между своими великими стройками и строго контролируя труд заключенных. Он жил в великолепном вагоне, который, тем не менее, оставался вагоном. Нафталий считал, что все должно быть под его контролем - от раздаваемых паек и одежды до выполнения и перевыполнения плана работ. Он очень любил звонить начальникам своих ГУЛЖДС посреди ночи и интересоваться, как идут дела. И не дай бог, если начальника не было на месте или он плохо отвечал на вопросы. Френкеля страшно боялись. Все знали, что он человек совершенно бессердечный. У него так никогда и не было ни семьи, ни детей. Френкель любил только власть.

В 1947 году его уволили из органов в связи с возрастом и болезнями, такова была официальная формулировка. Но смерть не спешила забирать Нафталия Ароновича. Он пережил Сталина на семь лет и умер в столице уже при Хрущеве в 1960 году. Александр Исаевич Солженицын назвал его среди негодяев, каждый из которых угробил не менее 30 000 человек. Такой "чести" удостоились шестеро: Фирин, Берман, Френкель, Коган, Раппопорт, Жук.

Но нашим современникам эти имена ничего не говорят. Уже не говорят.

А может, оно и к лучшему?

Комментарии (0)

Пока пусто