Публикации

Русский поход на Нью-Йорк

Русский поход на Нью-Йорк

Даже в разгар холодной войны американские историки и сотрудники Госдепартамента США сходились в одном: во времена борьбы за независимость твердая позиция России по американскому вопросу во многом способствовала победе освободительного движения.

На самом деле русский кабинет был прекрасно осведомлен о делах в британских колониях, что называется, из первых рук. Ученые первого ряда Эзра Стайлс и Бенджамин Франклини - с одной стороны и Михайло Ломоносов, Иосиф Браун и Франц Эпинус - с другой состояли в переписке. В 1773 году Тимофей фон Клингштат был избран членом Американского философского общества и стал в нем первым российским представителем. Не дремали и наши дипломаты в Лондоне и Париже.

Главным мировым вопросом в 70-х годах XVIII века была политика России в отношении волнений, нараставших в североамериканских колониях, и борьбы их за независимость. Именно с началом этой вооруженной борьбы в отношениях между Англией и Россией возникла некоторая натянутость.

1. Ошибка резидента

Летом 1775 года английский посланник в Петербурге Роберт Ганнинг прощупывал почву в беседах с исполнявшим обязанности канцлера Никитой Паниным. Может ли его страна рассчитывать на русскую военную помощь в колониях? И в итоге почему-то вынес неверное, но твердое убеждение: часть войск может быть предложена в распоряжение Георга III. В итоге король тут же написал письмо Екатерине, в котором принимал "предлагаемую помощь" русской армии, "в чем, быть может, окажется необходимость", для подавления восстания.

Доминик Д'Андреа. "Делаверский полк в битве за Лонг-Айленд".
Доминик Д'Андреа. "Делаверский полк в битве за Лонг-Айленд".

В связи с этим царице пришлось 23 сентября (4 октября) 1775 года писать официальный ответ. Государыня твердо лишала "кузена" иллюзий: "Вы объясняете и определяете применение данных мною уверений пособием, состоящим из 20 000 человек моего войска, с тем, чтобы будущей весной перевезти их в Канаду, я не могу скрыть... что подобный размер пособия и место его назначения не только изменяют смысл моих предложений, но даже превосходят те средства, которыми я могу располагать для оказания услуги... Я едва только начинаю наслаждаться миром...". Что еще непонятно: полков не дам - и точка! Далее царица сообщала, что не желает вмешиваться в заморские конфликты, так как это ей не нужно и к европейской войне может привести.

Впоследствии, в 1780 году, Екатерина провозгласила декларацию о вооруженном нейтралитете. Но...

2. Политический расклад

Пока в общественных кругах Европы и Америки ничего этого не знали. Газеты пугали обывателей 20-тысячным русским корпусом. И находились даже доброхоты из числа наших земляков вроде купца и путешественника Федора Каржавина, который в письме на имя президента Континентального конгресса Джона Хэнкока спрашивал: "Не может ли быть в этом случае полезен американскому конгрессу человек, в совершенстве владеющий русским языком?". То есть услуги переводчика предлагал для переговоров с русскими пленными.

Но руководители освободительного движения были осведомлены о позиции Екатерины II. Так, представитель Конгресса в Париже Артур Ли, подробно разбирая международную обстановку, оценивая реальные возможности России и указывая, что "турки открыто готовятся отомстить за свои недавние поражения", приходит к логичному выводу. Несмотря на то что Екатерина сейчас не может ввязываться в какие-либо авантюры, "но даже будь она в силах сделать это, она, как полагают, никогда бы не склонилась к тому, чтобы стать исполнительницей воли Великобритании в этом споре, да еще в компании мелких немецких государей". Вся дипломатическая переписка того времени отдает должное здравомыслию Екатерины и ее осознанию достоинства Российской империи. Конечно, в конце концов, дело было именно в этом, а не в вечно воюющих турках на юге или беспокойных шведах на севере. Англичане покупали солдат у немецких князей. А тут - победоносное русское войско. С кем нас равняете?

3. Шпага Суворова

Впрочем, Екатерина могла поступить и по-другому. Шел 1775 год. Только в январе четвертовали Пугачева. Еще не всех его сподвижников отловили и повесили. А сколько скрыто сочувствовавших повстанцам было в стране и армии? Крестьянское восстание как-никак продолжалось два года! Чем не повод - собрать всех недовольных и отправить в Америку под командой опытного генерала, который побьет местных мещан да фермеров и домой вернется, А солдаты могут остаться служить в Америке... Двадцать не двадцать, а тысяч пять-семь неблагонадежных вояк и мужиков, срочно зачисленных в солдаты, набрать было бы можно. И генерал, умеющий быстро побеждать, был свободен. Да-да, в 1775 году генерал-поручик Александр Суворов находился в отпуске!

В этом году у 46-летнего и уже прославленного командира случилось два события. Печальное - скончался отец, генерал-аншеф и сенатор Василий Суворов, и радостное - родилась дочь Наташа. Так что целый год он занимался исключительно семейными делами. Александр Васильевич уже прославился, в 1773-м во главе восьмиста солдат взяв Туртукай, защищаемый четырехтысячным гарнизоном. Потом, в сражении у Козлуджи в июне 1774-го, Суворов захватил высоту в тылу турецкого лагеря, а затем разгромил все войско неприятеля. Были и другие удачные сражения. К тому же Суворов в свое время хотел побить и схватить бунтовщика Пугачева, да не поспел... Ему и карты в руки - пусть бьет и ловит американских "емелек". Ведь командиром Санкт-Петербургской дивизии Суворова еще не назначили. Выражаясь современным языком, он числился "за кадрами".

4. Разгром Вашингтона

Теперь рассмотрим вариант прибытия Суворова в Америку. Допустим, весной 1776-го флот доставил бы к берегам Новой Англии не только гессенских солдат, но и русских. Общее командование корпусом поручили бы не генералу Хоу, а Суворову, уже успевшему побить повстанцев - польских конфедератов и пугачевцев. К тому же планы американцев были известны: не допустить изоляции Новой Англии. Поэтому основное внимание ими уделялось обороне района Нью-Йорка и долины реки Гудзон.

Итак, Суворов имел бы в своем распоряжении 30 тысяч человек и мог рассчитывать на помощь флота. Теперь рассмотрим хронологию событий. 2 июля 1776 года англичане высадились у Нью-Йорка на острове Стэтэн и стали накапливать силы. К началу августа 1776-го к ним прибыло пополнение из Европы.

Генерал Вашингтон, имея 8 тысяч подготовленных солдат, разделил армию на две части. Одну оставил в Нью-Йорке, вторую - под командованием генерала Петнама - отправил за город на Бруклинские высоты. 22 августа английский командующий высадился на Лонг-Айленде. Через четыре дня, проведя разведку, британцы атаковали силы генерала Петнама и обратили их в бегство, потеряв 320 человек (американцы - 2 тысячи человек и 6 орудий).

А теперь - стоп! В реальной истории развивать свой успех Хоу не стал, и Вашингтон получил время для укрепления Нью-Йорка. В действительности прошло две недели с лишком, прежде чем британцы приступили к действиям и 16 сентября 1776 года с боями овладели Нью-Йорком. Но силы Вашингтона не были окончательно разгромлены, атаки британцев на другие американские позиции провалились.

Генерал Хоу, который дважды не мог добить армию генерала Вашингтона.
Генерал Хоу, который дважды не мог добить армию генерала Вашингтона.

Суворов никогда бы так не поступил. Он организовал бы преследование отступающих частей, добил бы Петнама, налетел бы на Вашингтона. А последний мог или погибнуть, или попасть в плен. А если бы не получилось покончить с Вашингтоном на этот раз? 28 ноября 1776 года, когда американцы отступили к Нью-Брунсвику, а затем к Принстену, в реальности генерал Хоу при Нью-Брунсвике соединился с другим английским генералом Корнваллисом и продолжил преследование Вашингтона до Трентона. Будущий президент переправился через реку Делавэр со своей небольшой армией. Генерал Хоу не счел нужным дальше преследовать малочисленного и деморализованного противника и расположился с войском в окрестностях Трентона.

Генералиссимус Суворов, который за всю жизнь не проиграл ни одного сражения.
Генералиссимус Суворов, который за всю жизнь не проиграл ни одного сражения.

Суворов никогда бы не остановился! Он добил бы силы повстанцев. А потом молниеносными бросками рассеял и уничтожил бы все их воинские формирования. И день 4 июля, когда в 1776 году в Филадельфии была принята Декларация независимости, никогда не стал бы национальным праздником США. Конечно, они бы все равно освободились, но позже. Скорее всего в эпоху Наполеона, когда старушке Европе стало не до заморских колоний.

Переправясь через Делавэр (так же, как на картине Эммануэля Лойце), Вашингтон не смог бы спастись от Суворова. Александр Васильевич форсировал бы реку и разбил американского генерала.
Переправясь через Делавэр (так же, как на картине Эммануэля Лойце), Вашингтон не смог бы спастись от Суворова. Александр Васильевич форсировал бы реку и разбил американского генерала.

А Суворов... пожалован был бы, наверное, графом Гудзонским или Нью-Йорским, лордом Американским. Стал же Александр Васильевич в реальной жизни грандом и принцем Сардинского королевства с титулом "кузен короля". Ничего не жалко, когда государство из рук уходит!

Комментарии (0)

Пока пусто